Глава 135. Как не стать огородным пугалом
В Париже я кое-что прикупил для Камиллы. Во-первых часы брегет из белого золота с брюликами вокруг циферблата. На браслете были камешки покрупнее. Камилла даже бросилась мне на шею, видимо она соображала насчёт ценности подарка. А ещё я приобрел дистанционную камеру наблюдения, и теперь хозяйка могла следить даже будучи на работе через смартфон за тем, что происходит в её дворе. Мало того, я к её забору приспособил со звериным ревом автосигнализацию, которую можно было так же включать-выключать на расстоянии.
От индюков во дворе можно было бы избавиться куда проще - например поставить русское огородное пугало. Но дело то происходило во Франции, и соседи вряд ли бы поняли Камиллу. Они бы подумали, что та сделала вид, будто у неё появился в доме мужчина, и она имитирует его присутствие посредством общения с огородным чучелом. Ну а ещё (и это было основной моей целью) камера работала с широким диапазоном просмотра, что давало возможность Камилле следить не только за индюками Франквиля, какие прилетали в её двор, но и за самим Франквилем, уже непосредственно в его собственном дворе, который находился неподалеку. Именно такое подходящее дерево я выбрал в ее саду, и установил камеру двойного назначения на самой его верхушке.
Лежим мы с Камиллой в кровати, кушаем душистый виноград, а сами поглядываем в её смартфон насчёт посетителей во дворе. Перед этим насыпали с треть мешка зерна, и разных ягод рядом с барбекюшницей. Первой прилетела парочка горлиц. Камиллу они никак не интересовали, потому, что они не клюют: ни клубнику, ни черешню, ни виноград, и не курочат под навесом мешки. Через час появились наши клиенты - индюки Франквиля, те самые, что размером с барана. В смартфоне они нам явились в каком то фантастическом расширении, что Камилла их испугалась не на шутку:
- Ничего себе индюки! Да им каждому по мешку пшеницы на день подавай! Теперь я поняла, почему они ко мне во двор прилетают. Он их голодом морит, этот собачий сыщик. На него нужно жалобу в общество по защите животных написать. На Лысого я однажды строчила такую бумагу, когда их попугай повадился летать в мой курятник и цыплят обижал. Кроме того, этот крылатый наглец обозвал меня куртизанкой, уж не знаю где он такой литературы нахватался.
- Бестолку, Камилла, Дюшон отмажется все равно. Он ведь мент. Рано или поздно эти птички его самого склюют. Или ещё ребер ему наломают. Сейчас мы этих разноперых индейцев попробуем самих напугать, - я открыл на экране смартфона окошко с дистанционным управлением сигнализации, и нажал на play. Через мгновение во дворе не осталось ни одного индюка. Только парочка сизых горлиц, как клевала зернышки, так и продолжала это своё безобидное занятие. Похоже, что сигнализация работала не на их позывной волне.
- Отличная работа, Роман! Ты просто гений!
Я как всегда поскромничал:
- Да уж ладно, Камилла. Русское огородное пугало бы сработало не хуже.
- Роман, пугало установим только в том случае, если ты у меня останешься жить.
- Не могу, Камиллочка.
- Почему?
- Не хочу со временем стать твоим огородным пугалом...
Глава 136. Шерше не без ля фам
Камилла утром ушла на службу, а я занялся своими компьютерными делами. Мне не давало покоя чувство вины за то, что произошло с Джоанной. Я себе представил, какими молниями проклятий меня теперь осыпает её мамочка. Наверняка она бы съела меня вместе со шнурками. Я виноват, осознаю, не спорю. Плохой, нехороший, не очень хороший, очень нехороший, одним словом подлец. А что мне нужно было сделать? Прийти в полицию на о. Вознесения и чистосердечно раскаяться? А в чем? В том, что я очистил на три лимона мошенницу Антуанету, какая ежедневно обирает клиентов на десятки миллионов? Она что у нас, строит баварские замки пятнадцатого века? Или круизные лайнеры на средиземноморских судоверфях? Она роет в Швеции туннели? Она добывает в ганских шахтах золото? А может она переквалифицировалась, и пишет на природе сосенки на манер Шишкина? Или сидит на берегу Сены и рисует парижанам их портреты в стиле Крамского? Ведь нет? Она одурачивает всех на перепродажах, наваривает себе густой лимонный мармелад, и складывает его на банковских полочках. И главное, что на неё нет никакой управы. Ведь законы написаны для неё, и для таких как она. Даже слово этакое романтическое изобрели - законотворчество. Прям Сервантесы, не меньше! А если в законе вдруг, да окажется диссонанс, не удовлетворяющий нежное ушко мадам Антуанетты, тогда у неё есть верные псы - Лысые и Франквили. Уж эти то найдут, чем угодить хозяйке, и поставить заплатку на дырявом законе.
Так получилось. Я имею ввиду - с Джоанной. Если бы знал заранее, что она в меня накрепко влюбится, то поостерегся бы насчёт комплиментов и прочих шалостей. Виноват. Исправлюсь.
Машинально щелкнул на флажок боулинг-игры. Письмо:
"Роман, хелло! Через две недели буду на алмазной бирже в Амстердаме. Если ты все ещё в Нидерландах или рядом, то можем встретиться за бутылочкой шардоне. Б.О."
"Хелло, мистер Оклахома! Я пока во Франции, но собираюсь завтра возвратиться в Брюссель. Неплохая идея насчёт сообразить винишка. Угощать теперь, чур буду я! Поеду специально через Шампань и подберу что нибудь для нас. Времён Людовика четырнадцатого. Шардоне, так уж шардоне. Мистер Оклахома, извините, а Ваш вояж случайно ни кем не организован? Я в смысле шерше ля фам."
" Нет, Роман. Джоанна с кем то там уже общается в фейсбуке, и слава богу. Кажется все обошлось малой кровью. А миссис Стюарт настолько осерчала, что у неё вряд ли появится к тебе интерес. Это чисто моя инициатива, без каких либо подвохов"
"Мистер Оклахома, я Вам верю, спасибо за внимание к моей скромной персоне. Я буду все время на связи на данном сайте, тут же все детали состыкуем. Бай-бай."
Глава 137. Ну, дяденок, ты и даешь. Дневной ночной дозор
Я по приезде в Амстердам передал через боулинг-игру номер моего европейского телефона, а сам поселился в центре города и ждал прилета дяди Бена. Он позвонил однажды под вечер:
- Мистер Клинкович? Хелло! Как поживаете?
- О, мистер Оклахома! Спасибо все в порядке. Вы уже в Амстердаме?
- Да, Роман, я в Схипхоле, только что прилетел. Завтра на бирже выходной день, как раз будет приятная возможность для нашей встречи. Если ты не против, тогда ожидай меня в гриль-ресторане "Ночной дозор" на площади Рембрандта в 16 часов, я подьеду в течение получаса.
- Окей, мистер Оклахома! Что-нибудь заказать для Вас специальное?
- На твоё усмотрение, Роман. До встречи!..
Ничего случайного в жизни не бывает - ведь она вся, вплоть до полёта микрочастиц внутри большого андронного коллайдера, материальна, а значит одно вылетает из другого. Я прибыл в ресторан за час до назначенной дядей Беном встречи, выбрал столик с видом на площадь, попросил два сияющих серебром ведерка со льдом под драгоценное шардоне из реймских подвалов. Сижу в окно гляжу.
Мне хотелось как то реабилитироваться перед дядюшкой, совершить благородный поступок - отблагодарить его за гостеприимство в ЮАР, извиниться за произошедшее с Джоанной. То есть стать хоть на пару часов хорошим. Я купил в Реймсе две бутылки шардоне, представьте, 1940 года. В это время уже пол Европы стояло на коленях перед Гитлером и умоляло его смилостивиться. Что она получила взамен? Удар каблуком сапога по переносице!
Вот эта мелочь, то что я выбрал именно место у окна с видом на монумент Рембрандта, а вокруг него бронзовых персонажей из его знаменитого шедевра, сыграла для меня спасительную роль. Мимо по тротуару быстрым шагом прошёл с военной выправкой в серой фуражке пожилой человек. Он вошёл в ресторан, выбрал дальний в углу столик, и принялся читать мятую газету, пока официантка побежала по поводу его заказа на кухню.
Ре́мбрандт Ха́рменс ван Рейн. Ночной дозор. 1642 (фрагмент)
Стоп, машина! А что это за мужик в фуражке? Ни хрена себе! А это часом не Франквиль ли Дюшон? Слушайте, ребята, что за игрушки? А где же дядюшка Бен? Он что, придёт чуть позже? А придёт ли он вообще? А был ли дядя? То есть прилетал ли он в аэропорт, в Амстердам?
Я подзываю своего официанта и прошу его открыть бутылочку 1940 года образца, делаю добрый глоточек из широкого фужера, незаметно оставляю в меню сто евро и удаляюсь, типа умыть ручки...